За посещение Ваше и супруга Вашего N.N. нашей обители усердно Вас благодарим. Благочестивое Ваше расположение к нашей обители остается памятником для нас; а по возвращении Вашем в П. Вы посетили худость мою почтенным Вашим писанием, от 7 августа посланным.
Что Вы обрели спокойствие и утешение в нашей обители—это Вам Господь даровал, по вере Вашей и усердию к исканию Царствия Божия и правды Его; но на поприще жизни и в сообращении с людьми нельзя пребыть всегда в таком состоянии духа. В нас еще не истреблены страсти, а лежат сокрытыми, и бывающие в столкновении с ближними наносимые ими нам неприятности, попущением Божиим, показывают нам еще немощное наше устроение и что еще не достигли меры исполнения заповедей Божиих; и потому надобно иметь борьбу со своими страстями, а познавая свою немощь, зазирая себя и укоряя— смиряться, но не смущаться за то, что не достигли желаемого, и отнюдь не укорять других, показующих нам наше устроение.
Смирение привлекает к нам милость Божию и помощь в делах наших. Полученное Вами духовное утешение не может долго пребывать неизменным: оно посылается по временам, к укреплению нашему вискушениях; достигшие смирения более им наслаждаются, но, впрочем, благодать Божия и их посещает искушениями, по мере их устроения, дабы не вознеслись получением духовных утешений. Кольми паче мы, немощные, требуем огня искушений, попаляющего терние наших страстей.
Вы смущаетесь, что во время молитвы не можете собрать своих мыслей, но рассеиваетесь; молиться без развлечения есть дело совершенных; но мы, немощные и находящиеся в борьбе (со страстями.—Ред.), должны собирать скитающиеся мысли наши, и смиряться при нахождении помыслов, и отнюдь не смущаться; ибо смущение подает врагу силу больше на нас вооружаться, а смирение прогоняет его. А если бы всегда имели молитву чистую, без развлечения, то опять не избежали бы тщеславных и гордых помыслов, от врага наносимых. Помните, что Бог приемлет молитву смиренных. Просите — какие Вам назначить молитвы читать каждый день?
Не зная Ваших домашних отношений, занятий и сил, не могу в точности сказать; а если Вам удобно—предлагаю: утром читать утренние молитвы, а когда достанет время— кафизму или одну славу; вечером— молитвы на сон грядущим и втечение дня утром или вечером канон Божией Матери и Ангелу Хранителю; в субботу— акафист Божией Матери, а в воскресенье— акафист Иисусу, Апостол и Евангелие по главе и несколько поклонов,— и все это проходить со смирением, не думая, что «я хорошо делаю», как думал фарисей. Вслучае же неисполнения чего-либо, по каким-либо препятствиям или даже от разленения, отнюдь не смущаться, не унывать и не упадать духом, а смиряться исчитать себя меньше всех. Господь да укрепит Вас во всех благих намерениях Ваших идеяниях и в борьбе против находящих скорбей и своих страстей и да подаст Вам истинный разум духовный.
Простите меня, что не скоро отвечаю на письмо Ваше; причины особой не нахожу, кроме немощи моей и сопряженной с ней лености.
Полагаю, теперь уже возвратился почтеннейший N. N. из своего путешествия, и я вас обоих приветствую моим поздравлением с окончанием сего вояжа; дай Бог, чтобы в кругу семейства Вашего водворились мир, согласие и любовь, которые на поприще многотрудной жизни будут служить Вам облегчением и утешением.
Вы, почтеннейшая N. N., просите позволения не прекращать Вашу со мной переписку; я не только Вам, но и никому не смею возбранять писать ко мне, хотя и немощен, и скудоумен, и часто бываю виновен в нескором или в неудовлетворительном ответе. Извольте писать как Вам угодно, но не взыщите на мои неразумные ответы; я себя считаю, что выше моей меры и разума принимаю на себя сие дело; но только на то надеюсь, что Бог силен вразумить, по вере требующих, что написать. И простое слово, не украшенное витийством, кто приемлет с верой, помощью Божией приимет пользу; апотому надобно и чувствовать, и говорить: не нам Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу (Пс. 113, 9).
Вы желаете сохранить заботу о спасении души своей, что, видно, и на деле исполняете: говорите, что в Вас происходит непрерывная борьба, и с каждым днем являются новые недостатки; да это инеобходимо в подвиге христианина: мы стоим на брани против духов злобы, они борют нас нашими же страстями. Мы иногда побеждаемся и побеждаем, падаем и восстаем и по мере смирения нашего получаем помощь Божию. Это сильное оружие на врагов необходимо для нас. Но как же мы смиримся, когда через наши недостатки не познаем нашей немощи? Они-то нас и смиряют. Прочтите впервой части Добротолюбия, усвятого Григория Синаита, в главе 117, в конце оной: «Аще не будет человек побежден... не может смириться». Там написано подробно и очень полезно.
В Вас я замечаю, что желаете жить в мире подобно отшельнической жизни, непадательно, и чтобы всегда душа была с Богом, и делаете вопрос: есть ли возможность в мире дойти до такого состояния, чтобы отсечь свои желания, как в уединении? И как начать такое дело? И в то же время в ответ получили сильные сопротивления благим Вашим намерениям; а Вы, не имея сил духовных и смирения, не можете устоять в оных. Это значит, что Вы выше меры и устроения своего предпринимаете или желаете исполнять подвиг в жизни Вашей. Надобно начинать деланием заповедей Божиих, в Евангелии нам заповеданных, — и при старании исполнять оные, видя свое поползновение и немощь, отнюдь не смущаться, а смиряться и каяться. А если бы Вы и шли путем заповедей Божиих неуклонно, то опасайтесь с другой стороны опасности: враг не оставит Вас обольщать высокоумием имнением о своем исправлении и тонко оными уловлять. А Вы, еще не имея смирения, а видя себя исполняющей заповеди, незаметно можете уклониться в сии помыслы. Надобно почаще иметь в уме слово Господне: егда сотворите вся повеленная вам, глаголите, яко раби неключими есмы: яко, еже должни бехом сотворити, сотворихом (Лк. 17, 10). Этим можете прогонять высокоумие.
Но как мы далеко еще отстоим от исполнения заповедей Божиих, то и невольно должны смиряться икаяться, как пишет преподобный Марк Подвижник в слове о покаянии. Мы требуем всегда покаяния, но нам хочется видеть свои исправления; как же святой Ефрем вмолитве говорит: «Ей, Господи Царю, даруй мне зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего»? Это не то чтобы намеренно согрешать, но видеть грехи и прежде соделанные, и в настоящее время, и отнюдь не отчаиваться, а каяться, считая себя в уме последнейшими всех. Святой Петр Дамаскин, в 3-й части Добротолюбия, после семи деланий телесных, пишет на 18-м листе: «И тогда начинает ум зрети согрешения свои, яко песок морской. И сие есть начало просвещения души и знак здравия ее». Видите, по совершении многих добродетелей видит грехи свои, а не исправления.
Прочтите слово 55 святого Исаака Сирина, где он указывает прямо на заповеди Божии, а не советует искать высоких видений. Советую Вам стараться исполнять заповеди, но не смущаться, когда случится в чем погрешить, но каяться и смиряться: когда будет в сердце залог смирения, то и будете иметь помощь от Бога к благим делам и к уклонению от противных. А причиной наших поползновений святой Иоанн Лествичник полагает гордость: «Где совершилось грехопадение, там предварила гордость». Будем же стараться о приобретении смиренномудрия через наши немощи, ибо оно— и стребитель гордости, нами даже и не замечаемой в себе. Вы скорбите за осуждение ближних; если будем смиряться, то и не будем судить их. Молиться будем со смирением подобно мытаревой молитве, то Господь приимет оную, ибо приемлет молитву смиренных ислышит моление их; а сами мы не можем ценить нашу молитву, что молимся усердно, Бог знает цену оной; а то опасно— не была бы она фарисейской.
Вы находитесь в недоумении относительно поста; бывши у родных, надобно обедать и кушать скоромное; а требовать, чтобы для Вас готовили постное, боитесь подать повод, что Вы ставите себя выше других и себя превозносите. Спрашиваете—что в таком случае делать? Не налагаю на Вас уз, но даю такой совет: по моему мнению, просить родных готовить для Вас постный стол не опасайтесь. Это не значит выказать себя выше других. Совсем нет, Вы исполняете долг и послушание Церкви, — чем же возвышаться? Глядя на Вас, найдутся и другие подражатели Вам. А если Вы будете кушать скоромное, то и другие примером Вашим увлекутся и не поболят о том, что погрешают; а Вы будете в этом виновны сугубо — за себя и за других. Что Вам до того, что будут о Вас говорить, — не внимайте тому и будьте покойны. Если родные Ваши кушают по болезни, то сие извинительнее, но, конечно, и они должны в этом каяться. А если так употреблять только опасаясь переговоров, то это неловко. Вы знаете, что Господь определил за преслушание Церкви?
Вы считали всегда себя терпеливой, и, конечно, этим Вы утешались, но это не полезно. А теперь открылась Ваша немощь, случаи Вас трогают, беспокоят, и Вы познаете свои нетерпение и немощь. Надобно смириться. Об удовлетворении ближних по счетам Вы, верно, исполняете по совести, и в этом нечего Вам исмущаться и сомневаться.
За то, что Вы думаете, будто будете казаться мне отвратительной после описанных Вами своих немощей, не похвалю Вас, и что письмо Ваше для Вас было трудно. Отчего же это происходит, сами дознайте. Я из сего более познаю Ваше расположение о Господе к моей худости и состражду Вам в немощах Ваших, по силе моей предлагая Вам совет. А если бы Вы написали только о своих исправлениях, то я не нашелся бы что Вам и написать. Господь да благословит Вас, вразумит и укрепит в делании духовном и христианской жизни.
Желаю Вам, супругу Вашему идетям мира, здравия испасения испочтением моим остаюсь недостойный богомолец, многогрешный иеромонах Макарий.
